Заметив мое движение, черноволосый лениво спросил, улыбаясь мне щербатым ртом:

— Чай, часики ищешь, барышня? Так они у меня. Сразу видно, что ты из благородных господ. Только больно наряд странный, но это ничего…

Он продемонстрировал мне Часы Времени, лежащие в огромной грязной ладони, и радостно оскалился:

— Макар, тащи ее к нам на хату. Будет моей Матрене служанка!

Рыжий тут же протянул ко мне свои немытые руки с грязными ногтями и потрескавшимися пальцами. Я с отвращением смотрела на подобную антисанитарию, а мои внутренности с силой сжало в ледяной кулак страха.

— НЕТ! Верните мне мои часы! Сейчас же! — твердым голосом, собирая остатки своей решимости и отваги, потребовала я.

Слава Богу, мой голос не дрожал, и говорила спокойным тоном. Перспектива остаться в девятнадцатом веке пугала меня, и я решила всеми правдами и неправдами забрать у черноволосого мужика Часы Времени. Поэтому я резво вскочила на ноги и метнулась к раскрытой ладони разбойника, чтобы выхватить Часы Времени, полностью полагаясь на свою быстроту и ловкость. Оставалось два сантиметра отделяющих Часы от моих пальцев, как ладонь сжалась в огромный кулак. Он молниеносно впечатался мне в лицо. Моя голова безвольно дернулась назад, и я упала в густую траву. Черная бездна небытия вновь утащила меня в свои недра.

— У-у-у… Ироды! Пошто барышню-то ударили? — низкий приятный женский голос вывел меня из обморочного состояния.

Как из-за слоя ваты послышались виноватые голоса разбойников Митьки и Макара.

— Так ведь сама она нарвалась… — ныл высокий тенорок рыжего.